синешейка
sorry we're closed-minded
когда предают Иуду, ему сочувствуешь больше, чем его учителю, потому что дважды проклят, дважды наказан, и это горькое «я знаю толк в предательствах» произносится почти с похвальбой

он не может есть — еда рассыпается прахом в руках, он не может пить — в журчании воды ему слышится звон сребреников, он не может даже повеситься — каждый раз, когда петля обнимает шею, веревка рвется; его время превратилось в невыносимую вечность, его жизнь — в бесконечные странствия бледной тени по земле: ни любви, ни страха, ни упокоения

он давно прощен, но не может принять прощение, не может вернуться и снова взглянуть в эти глаза

@темы: кино, мысли вслух, сказка